Иван Охлобыстин, рукоположенный православный священник, пишет Здесь:
А относительно расизма весь сыр-бор случился, когда я вел со своей дочерью Евдокией радиоэфир.
Позвонил интеллигентный мужчина и спросил: «А что бы вы сделали, если бы сидящая рядом с вами очаровательная дочь, по достижении определенного возраста, привела африканца и сказала: папа я его люблю и не могу жить без него?»
Мельком взглянув на свою дочь, в то время кусающую ногти, я в сердцах ответил: под благовидным предлогом отвез бы обоих на 30-й километр, в лес, и расстрелял бы из ружья, к чертовой матери!
Дуся кивком дала понять, что и она со своей дочкой так же бы поступила. Но вопрос остался открытым.
( И. Охлобыстин разъясняет )
P. S. Обратился я с этим же вопросом к своему брату и сослужителю отцу Борису Потапову. Вот, говорю, честный отче, вопрос мне задали: что, если моя дочь однажды негра приведет и скажет, что не может без него жить. Ты бы чего сказал? Отец Борис, чистотой соблюдения святых канонов сопоставимый разве что с отцами глубокой древности, подумал и ответил: «Я из кожи вон вылезу, но воспитаю своих дочерей так, чтобы они никогда домой негра не привели».
Абсолютно правильная позиция. Не надо лгать, отрицая очевидные для подавляющего большинства людей истины. Не надо толерантности, надо внятно излагать свою позицию.
По сути присоединяюсь: дай Бог благополучия всем чернокожим везде и во всём, но только не в моей семье, пожалуйста.
UPD (08.02.2010). Патриарх временно запретил И.О. в священнослужении Здесь:
"Положительно оцениваю факт Вашего письменного обращения, исполненного духовной озабоченностью. Однако до окончательного решения вопроса о том, чем Вы будете профессионально заниматься, Вы запрещаетесь в священнослужении. Вам не следует носить рясу и иерейский крест", - ответил Патриарх Кирилл.
Ранее И.О. Здесь обращался к Патриарху с вопросом, не следует ли ему сложить с себя священнический сан в связи с актёрской деятельностью. Патриарх положил предел возможному обмирщению священников. Я всё же за то, чтобы учителя, ученые, депутаты и подобные лица допускались к священнослужению.
